Л.С.Выготский

Конкретная психология человека

NB Слово история (историческая психология) у меня означает 2 вещи: 1) общий диалектический подход к вещам — в этом смысле всякая вещь имеет свою историю, в этом смысле Маркс: одна наука — история (Архив, с. X)[1], естествознание = история природы, естественная история; 2) история в собственном смысле, т. е. история человека. Первая история = диалектический, вторая — исторический материализм. Высшие функции в отличие от низших подчинены историческим закономерностям в своем развитии (ср. характер у греков и у нас). Все своеобразие психики человека в том, что в ней соединены (синтез) одна и другая истории (эволюция + история). То же в детском развитии (ср. 2 линии)[2].
* * *
Конструктивный метод имеет 2 смысла: 1) изучает не естественные структуры, а конструкции, 2) не анализирует, а конструирует процесс (contra1 метод застижения врасплох — анализ, тахистоскоп; contra систематический метод вюрцбуржцев). Но познавательная конструкция в эксперименте соответствует реальной конструкции самого процесса. Это основной принцип.
NB Бергсон (см. сб. Челпанову, 109)[3].
Интеллект и орудия.
В психологии человека тоже homo faber2.
Орудия вне себя, органы в себе.
Сущность интеллекта — в орудиях. Инстинкт — способность
1 Против (лат).
2 Человек работающий (лат).
1020
использовать и строить организованные[4] инструменты; интеллект — инорганизованные. Свои достоинства и недостатки.
Но психологическая конструктивная деятельность (воля) есть нечто принципиально новое — синтез той и другой деятельности, ибо создаются с помощью внешнего — неорганизованного — средства органические конструкции, функции в мозгу, строятся инстинкты. Ср. Ухтомский: система неврологических функций — есть орган. В этом смысле человек при помощи инструментальной деятельности строит новые органы, но органические.
Жане (кн. 6 с. 425[5]) называет величайшей иллюзией неотличение речи от других реакций (приспособлений к природе). Это ошибка Уотсона: речь = двигательный навык, как плавание и игра в гольф. Именно не такой: проблема вербализованного поведения — центральная проблема всей истории культурного развития ребенка.
NB Мы знаем общий закон: раньше средство воздействия на других, потом на себя. В этом смысле все культурное развитие проходит 3 ступени: в себе, для других, для себя (ср. указательный жест — вначале просто неудавшееся хватательное движение, направленное на предмет и обозначающее действие; потом мать понимает его как указание; потом ребенок начинает указывать). Ср. Ш. Бюлер: портрет ребенка с указательным жестом[6] Это уже для себя. Ср. Marx: Петр и Павел[7]. Через других мы становимся собой. В чисто логической форме сущность процесса культурного развития в этом и состоит. Marx: о классе[8]. Личность становится для себя тем, что она есть в себе, через то, что она прежде являет свое в себе для других. Это есть процесс становления личности. Отсюда понятно, почему с необходимостью все внутреннее в высших функциях было внешним: т. е. было для других тем, что ныне есть для себя. Это центр всей проблемы внутреннего и внешнего. Ср. проблему интериоризации у Жане и Кречмера (Бюлера): перенос отбора, пробования внутрь (и при этом не замечают того, что отбор производит сама личность). Не эта внешность имеется в виду у нас. Для нас сказать о процессе внешний значит сказать социальный[9]. Всякая высшая психологическая функция была внешней — значит она была социальной; раньше чем стать функцией, она была социальным отношением двух людей. Средства воздействия на себя — первоначально средство воздействия на других и других на личность.
В общей форме: отношение между высшими психологическими функциями было некогда реальным отношением между людьми. Я отношусь к себе так, как люди относились ко мне. Размышление — спор (Болдуин, Пиаже); мышление — речь (разговор с собой); слово, по Жане, было командой для других; подражание, изменение функции привело его к отделению от действия (3, с.
1021
155 и след[10])1. Оно есть всегда команда[11]. Поэтому — основное средство овладения. Но откуда волевая функция слова у нас, почему слово подчиняет себе моторные реакции? Откуда власть слова над поведением? Из реальной функции командования. За психологической властью слова над психологическими функциями стоит реальная власть шефа и подчиненного. Отношение психологических

функций генетически соотнесены с реальными отношениями между людьми: регуляция словом, вербализованное поведение = власть — подчинение.
Отсюда: речь2 центральная функция — социальной связи + психологическое средство. Ср. непосредственное и опосредствованное отношение с людьми. Отсюда экскурс: подражание и социальное разделение функций, как механизм модификации и трансформации функций.
Отсюда пример Леонтьева с трудом: то, что делают надсмотрщик и раб — соединяется в одном человеке: это механизм произвольного внимания и труда.
Отсюда тайна волевого усилия — не мускульного, не духовного — сопротивление организма команде.
Отсюда недооценка у меня роли шепота, секрета и других социальных функций. Я игнорировал внешнее отмирание речи.
Отсюда у ребенка шаг за шагом можно проследить эту смену в себе, для других, для себя в функциях речи. Раньше всего слово должно обладать смыслом (отношением к вещи) в себе (объективная связь, а если ее нет — ничего нет); затем мать его функционально использует как слово; затем ребенок.
Пиаже: появление спора = появление речевого мышления. Все формы речевого общения взрослого с ребенком позже становятся психологическими функциями. Общий закон: всякая функция в культурном развитии ребенка появляется на сцене дважды, в двух планах — сперва социальном, потом психологическом, сперва между людьми как категория интерпсихологическая, затем — внутри ребенка. Ср.: la loi du decalage3 у Piaget. Это — к произвольному вниманию: памяти etc., etc. Это — закон.
Ср. указание другому, себе; коготь рыси — другому — себе.
Ср. письмо — себе во времени и другому; читать свою записку — писать для себя — значит отнестись к себе как к другому. Etc., etc. Это общий закон для всех высших психологических функций.
Конечно переход извне внутрь трансформирует процесс.