Б.А.Никитюк, Р.С.Черкасова
К вопросу о сенситивных, критических и кризисных периодах

В последнее время проблема сенситивных и связанных с ними критических периодов развития неоднократно оказывалась в центре внимания специалистов самого разного профиля [12,13,16, 18,21 и др.].
Данная проблема имеет междисциплинарный характер и открывает реальные перспективы как для интеграции разных отраслей знания о человеке, так и для комплексного изучения человека в рамках одной науки.
В доступной нам литературе толкование понятий "сенситивные периоды" и "критические периоды" является очень неоднозначным. Одни исследователи используют термин "критические периоды" для обозначения периодов, особо благоприятных для развития той или иной функции [13,21], другие тот же термин традиционно употребляют для характеристики "трудных", переходных периодов в жизни человека, характеризующихся дисгармоничностью и наличием, наряду с позитивными, негативных проявлений [11,16,18,20]. Значительно реже используется термин "кризисы", "возрастные кризисы" [11,19].
В чем причина отсутствия четких разграничительных линий между этими понятиями и подмены одного термина другим - в отсутствии сложившейся терминологии или в противоречивости самого явления? Так или иначе этот вопрос не является лишь спором о дефинициях, а требует углубления в суть явления.
Факты, накопленные в настоящее время в разных областях знания о человеке, дают возможность внести некоторую ясность в рассматриваемую проблему. Рассмотрим различные точки зрения, изложенные в доступной нам литературе.
В 1897 г. русский ученый П.И. Броунов описал закономерность чередования периодов стойкости к внешним воздействиям и периодов повышения чувствительности и назвал последние "критическими периодами" [5]. Развитие представлений о сенситивных периодах за рубежом связано с именами К. Лоренца и Ц. Стоккарда. Согласно данным Ц. Стоккарда, в эмбриональном развитии животных и человека есть периоды бурного рости и повышенной чувствительности отдельных органов и систем к внешним воздействиям. Если по каким-либо причинам происходило блокирование механизмов нормального развития, это вело к его замедлению; если же имело место повреждающее воздействие факторов среды, наблюдался тератогенный эффект в развитии тех или иных органов [6].
Понятие о сенситивных периодах претерпело существенные изменения со времени своего появления [29]. Представление о них в этологии и психологии первоначально было связано с явлением импринтинга, запечатления, которое служило пусковым механизмом определенных форм поведения. При этом считалось, что, если какая-либо функция не получала развития в сенситивный для нее период, - она не развивалась никогда. Как правило, этот механизм научения действует на ранних стадиях онтогенеза, а результат запечатления характеризуется необратимостью [39].
М.М. Кольцова, Д.Б. Эльконин придерживаются мнения, что наверстать упущенное в сенситивный период в более позднем возрасте трудно, но возможно. В лаборатории Б.Г. Ананьева установлены повторяющиеся благоприятные периоды для развития внимания, мышления, различных видов памяти и двигательных функций у детей и взрослых людей. Они чередуются с периодами ухудшения в развитии той или иной функции, т.е. имеют волнообразный характер [21,30,37].
Если рассматривать сенситивные периоды в том смысле, который вкладывал в это понятие К. Лоренц, опирающийся на традиционный для западной психологии тезис об определяющей роли раннего детского опыта, придется согласиться с принципиальной невозможностью серьезной коррекции этого опыта в дальнейшем. Две другие, изложенные выше, точки зрения позволяют более оптимистично смотреть на управление процессом развития. Зачастую факты, свидетельствующие в пользу той или иной из них, входят в противоречие. Так, сенситивным периодом для развития невербальной памяти (в частности, двигательной памяти, играющей огромную роль в управлении движениями) считается ранний и дошкольный возраст [8]. А.А. Гужаловский приводит данные И.А. Аршавского, M.B. Mecrow, A. Groth, свидетельствующие о том, что в раннем детском возрасте депривация потребности в спонтанной двигательной активности крайне неблагоприятно сказывается на развитии ребенка [12]. Следует ли из этого, что в школьном возрасте, на который приходится наибольшее число формирующих влияний, развитие невербальной памяти, непосредственно связанной с эффективностью двигательной деятельности, замедляется или прекращается?
Очевидно, нет, т.к. речь идет о разных двигательных характеристиках и разных условиях исследования. Для моторных функций доказано, что их развитие продолжается и в школьном возрасте: установлены свои сенситивные периоды для различных видов движений [12,13].
В исследовании А.А. Гужаловского обнаружилось, что эффект избирательно-направленного воздействия на физические качества школьников находится в прямой зависимости от того, в какой из периодов осуществляется их воспитание: прирост показателей оказался выше, когда адекватные соответственно направленные воздействия на те или иные качества в процессе физического воспитания "совмещались" с выделенными автором периодами "максимальных темпов прогресса". Меньший прирост достигается в периоды субмаксимальных темпов прогресса и в периоды "умеренно высоких темпов прогресса" и наименьший - в периоды замедленного развития. Повторное тестирование, проведенное спустя два года после окончания экспериментальных занятий, показало, что в случае такого "совмещения" школьники не только достигают более высоких показателей физической подготовленности, но и долго сохраняют достигнутые преимущества [12, с. 220-221].